Есть одно имя, которым нас нарекли родители, но есть и другое, то которым награждает или клеймит судьба.
Константин Мадей

Знаменитые мужчины

Выберите пол

Знаменитые женщины   Знаменитые мужчины

Выберите первую букву имени


Знаменитые мужчины с именем на букву Э


Эдмунд Бёрк (1729-1797)




Биография

Эдмунд Бёрк

Английский публицист и философ, один из лидеров вигов. Автор памфлетов против Французской революции конца XVIII в. В 1756 г. опубликовал памфлет «Защита естественного общества», направленный против рационалистической философии Г. Болинброка, а в 1757 г. – «Философское исследование о происхождении наших идей возвышенного и прекрасного», оказавшее большое влияние на развитие европейской эстетики. С 1765 г. член парламента, где стал идеологом партии вигов. Выступления Берка в защиту свободы слова, за смягчение наказаний для несостоятельных должников, против притеснения католиков, за отмену работорговли и др. принесли ему широкую известность. Во время кризиса в отношениях Англии с ее американскими колониями, приведшего к Войне за независимость в Северной Америке 1775-1783 гг., он порицал репрессивные меры правительства. Он призывал ради сохранения целостности империи пойти на компромисс с колонистами, отказаться от чрезмерного вмешательства метрополии в их экономическую деятельность. В 1780-1782 гг. сыграл важную роль в проведении экономической реформы – ликвидации синекур, использовавшихся королем для подкупа парламентариев. Крайне негативно восприняв Великую Французскую революцию, подверг ее резкой критике в серии парламентских выступлений и публицистических работ (1790-1797), главной из которых стали его «Размышления о революции во Франции» (1790). Эта книга вызвала широкую дискуссию, в которой приняли участие многие видные политики и мыслители Европы, и вошла в историю как классическое изложение принципов идеологии консерватизма.


Подробнее об имени Эдмунд

Афоризмы

Богу было угодно даровать человечеству энтузиазм, чтобы возместить отсутствие разума.

Быть интересным – первая обязанность малоизвестного автора. Право быть скучным принадлежит только тем писателям, которые уже прославились.

Великодушие в политике – нередко высшая мудрость; великая империя и ничтожный ум плохо ладят.

Видимость беспорядка лишь подтверждает величие Бога, ибо порядок никак не вяжется у нас с идеей Высшей Власти.

Власть исподволь лишает нас всех наших прирожденных добродетелей.

В основе всех наших чувств лежат надежда и страх, ибо только они способны заглянуть в будущее… Поэтому если бы не было Провидения, не было бы и религии.

В основе всякой добродетели, всякого благоразумного поступка лежат компромисс и коммерческая сделка.

В основе добрых дел лежит добрый порядок.

Время – великий учитель.

Все монархи – тираны в политике, все подданные – бунтовщики в душе.

Все наше образование рассчитано на показ – и соответственно стоит; оно редко простирается дальше языка.

В тисках ремесла и легковерия задыхается голос разума.

Гораздо важнее не что мы читаем, а как и с какой целью.

Государство, которое неспособно видоизменяться, неспособно и сохраниться.

Для религии нет ничего хуже безразличия, ведь безразличие – это шаг к безбожию.

Для торжества зла необходимо только одно условие – чтобы хорошие люди сидели сложа руки.

Если загорелся соседний дом, не лишне окатить водой и наш собственный.

Если мы распоряжаемся своим богатством, то мы богаты и свободны; если же наше богатство распоряжается нами – то беднее нас нет.

Если народ бунтует, то не от стремления взять чужое, а от невозможности сохранить свое.

Если я жалуюсь на отсутствие поддержки, это верное свидетельство того, что я ее не заслуживаю.

Есть некий предел, после которого выдержка, самообладание перестают быть добродетелью.

Жаловаться на свой век, неодобрительно отзываться о власть предержащих, оплакивать прошлое, связывать самые несбыточные надежды с будущим – не таковы ли все мы?

Жизнь хорошего человека – это сатира на человечество, на человеческую зависть, злобу, неблагодарность.

Законы, как и дома, опираются друг на друга.

Идеальная демократия – самая постыдная вещь на земле.

Идея может быть благовидной в теории и разрушительной на практике, и, напротив, – в теории рискованной, а на практике превосходной.

Иногда худой мир бывает ничуть не лучше доброй ссоры.

Искуснее всего скрывает свой талант тот, кому нечего скрывать.

Истинный джентльмен никогда не бывает сердечным другом.

Каждый политик должен жертвовать на добро и потакать разуму.

Каждый человек разоряется по-своему, в соответствии со своими склонностями и привычками.

Коль скоро богатство – это власть, всякая власть неизбежно, тем или иным способом, прибирает к рукам богатство.

Король может быть дворянином, но не джентльменом.

Красноречие высоко ценится в демократических государствах, сдержанность и благоразумие в монархиях

Красота, погруженная в печаль, впечатляет более всего.

Люди острого ума всегда погружены в меланхолию.

Монархи любят водить дружбу со всяким сбродом. Это у них в крови.

Не могу взять в толк, каким образом можно предъявить обвинительный приговор всему народу.

Никогда нельзя прогнозировать будущее исходя из прошлого.

Обращаясь к правительству за куском хлеба, они при первых же лишениях откусят руку, их кормившую…

Обычаи более важны, чем законы, ибо именно от них законы зависят.

Обычай примиряет с действительностью.

Обычно свой долг перед Богом мы измеряем собственными нуждами и эмоциями.

Обычно чем больше советников, тем меньше свободы и разномыслия.

Одно из двух: либо управлять колонией, либо ее завоевывать.

Одолжения не сближают людей… тот, кто одолжение делает, не удостаивается благодарности; тот же, кому оно делается, не считает это одолжением.

Откажитесь от назойливой опеки – и щедрая природа сама отыщет путь к совершенству.

Отказаться от свободы можно лишь впав в заблуждение.

Отнимите вульгарность у порока – и порок лишится половины заложенного в нем зла.

Плохие законы – худший вид тирании.

Покуда жив стыд, не скончалась и добродетель.

Полагать, что задуманное будет развиваться по заранее намеченному плану, – все равно что качать взрослого человека в люльке младенца.

Последнее время я все чаще склоняюсь к мысли, что нам нужно не избавляться от сомнений (которых у нас не так уж много), а, напротив, учиться сомневаться.

Почти каждый человек, пусть это не покажется странным, считает себя маленьким божеством.

Правительство – изобретение человеческого ума, а потому люди имеют полное право пользоваться им по своему усмотрению.

Провидение распорядилось как всегда мудро: большинство профессий в образовании не нуждается.

Простых людей поражают невероятные явления; образованных же, напротив, пугает и озадачивает все самое простое, обыденное.

Рабство… – это сорная трава, что растет на любой почве.

Свобода не выживет, если народ продажен.

Своим терпением мы можем достичь большего, чем силой.

Своим успехом каждый человек в значительной степени обязан мнению, которое он сам о себе создал.

Сделайте революцию залогом будущего согласия, а не рассадником будущих революций.

Скажи мне, какие настроения превалируют в умах молодых людей, и я скажу тебе о характере следующего поколения.

Средство от анархии – свобода, а не рабство; сходным образом средство от суеверия – религия, а не атеизм.

Суеверие – религия слабых умов.

Существует широко распространенное заблуждение, будто самые рьяные радетели интересов народа больше всего пекутся о его благосостоянии.

Те, кому есть, на что надеяться и нечего терять, – самые опасные люди на свете.

Человек по своей конституции животное религиозное.

Чем больше власть, тем опаснее – злоупотребление ею.

Терпимость хороша, если она распространяется на всех – или если не распространяется ни на кого.

Чтобы быть истинным патриотом, не следует забывать, что прежде ,            всего мы джентльмены, а уж потом патриоты.

Тот, кто с нами борется, укрепляет наши нервы, оттачивает наши навыки и способности.

То, что мы извлекаем из разговоров, в каком-то смысле важнее, чем то, что мы черпаем из книг.

Умные люди умеют льстить так, что похвалы удостаивается не тот, кому лесть адресована, а сам льстец.

Унижаясь, мы становимся мудрее.

Успех – это единственный критерий расхожей мудрости.

Утонченные рассуждения подобны крепким напиткам, что расстраивают мозг и гораздо менее полезны, чем напитки обычные.

Я убежден, что страдание и боль других доставляют нам удовольствие, и немалое.





нет комментариев




ВНИМАНИЕ: комментарии со ссылками, изображениями и видеороликами размещаются после проверки!